Сегодня 08 декабря
На мне испытывали первую атомную боеголовку

На мне испытывали первую атомную боеголовку

Пилот Проскура первым поднял в воздух ядерное оружие.

О том, что его самолет стал ядерной лабораторией, пилот Константин Проскура узнал только через тридцать лет

Сегодня, 7 декабря, - Международный день гражданской авиации. Бывший летчик Константин Проскура рассказал «Комсомолке», как в 1959 году перевозил секретный груз на Байконур.

«Согласны выполнить задание? Распишитесь»

После училища Константин сразу попал в авиаотряд, обслуживающий главный оборонный гигант Союза «Южмаш».

В августе 1959 года ему вдруг дали бесплатную путевку в Кисловодск, в санаторий «Россия», где отдыхала высшая партийная элита. А в октябре, не объяснив толком, в чем дело, его направляют в Москву.

- Во Внуково в наш самолет «Ли-2» вошли двое в штатском и говорят: «Согласны выполнить задание? Распишитесь», - вспоминает летчик. - Это была подписка о неразглашении тайны, но не такая, какую мы подписывали на «Южмаше». Там наказание было до 7 лет, а здесь - 15. Затем нам приказали лететь в район Горького, добавив, что ни погода, ни разрешение не нужны. Все сделают за нас. И мы полетели.

Когда, уже затемно, приземлились, подъехали две «Победы».

- Наш сопровождающий говорит: «Ключи от самолета - мне, а сами езжайте, отдохните», - рассказывает Проскура. - Я поначалу отказался, ведь за машину головой отвечаю. Но, вспомнив о подписке, отдал.

Наутро команду снова привезли к самолету.

Секретный груз

- Сначала я не понял, что у меня на борту, - хмурится пилот. - В самом хвос­те салона сидят человек пять и, накрывшись чехлами, дрожат. Поворачиваюсь и вижу возле кабины огромный конус, накрытый брезентом, и двух офицеров. Интересуюсь, какой вес, это нужно для расчета полета. Ведь у Ли-2 взлетный вес не превышал 11,5 тонны. «Сколько весит, - сказали мне, - вас не касается. Гарантируем, что самолет не перегружен». Я хотел было потрогать конус, чтобы проверить, как закреплен груз, а они на меня накинулись, мол, не твоего ума дело, заводи двигатель.

И экипаж повел машину в Воткинск, где ее ставили на изготовленную в Днепропетровске ракету.

- По этой трассе тогда летали на Казань и Свердловск. И шум на участке от поршневых двигателей стоял жуткий. А тут - эфир чистый, стерильный, - удивляется пилот. - Запрашиваем погоду, Москва отвечает - тумана нет. И я понял, что это из-за нас всю трассу очистили, ни один самолет в радиусе сотен километров в воздух не поднялся. Когда прилетели, диспетчер удивленно спросил: «Что вы там привезли, ребята? Из-за вас все дороги перекрыли». Но мы не знали. Думаю, днепропетровцев взяли в рейс не случайно: люди проверенные, на «Южмаше» работали, к тому же за полгода до того Днепропетровск стал закрытым городом.

В воздухе самолет развалился

Лишь спустя 30 лет Константин Проскура узнал, что на своем борту перевозил атомный груз. Ядерщики считали, что боеголовка для стратегической ракеты должна пройти дополнительные испытания. А условия самолетной болтанки для этого были идеальными. В принципе могло и рвануть. Но тогда об этом не знали.

24 октября боеголовка, поставленная в Воткинске на изготовленную в Днепропетровске ракету, уже красовалась на спецплощадке в 30 км от Байконура и была направлена на Вашингтон. Начиналась эпоха напряженного ядерного равновесия супердержав. И Константин Проскура, не подозревая о том, стал одним из главных действующих лиц стратегического поворота.

- Через два года легендарный Ли-2 на трассе Баку - Запорожье развалился в воздухе, - поведал о дальнейшей судьбе транспортника Константин Федорович, - и весь днепропетровский экипаж во главе с командиром Василием Коржем погиб. Версий ходило две. Первая - что боеголовка в салоне фонила и могла воздействовать на конструкцию самолета. И вторая - что этот самолет Ли-2 клепался в 1944 году в Ташкенте 14-летними голодными пацанами и потому не был добротным. 


загрузка...
загрузка...

Политика

Происшествия

Экономика

Общество

Светская хроника и ТВ

Спорт